Глава 4. Рабыня без имени

Лена проснулась в полной темноте. Её тело было тяжёлым, как если бы она лежала в самой глубине земли, в какой-то темной, забыто-старой могиле. Сон, казалось, был затмён временем, а реальность, в которой она оказалась, продолжала двигаться по своим законам — законам, которые Лена не понимала. Она попыталась встать, но слабость не позволяла ей. Почти с трудом поднявшись, Лена огляделась. Это был какой-то низкий и тёмный уголок. Стены были холодными и влажными, и воздух в комнате был застоявшимся, будто здесь не было жизни долгое время. Откуда-то издалека слышались шаги — тяжёлые, не спеша. Лена пыталась собрать мысли, пытаясь понять, как именно она оказалась здесь. Последнее, что она помнила, — это разговор с Нефертити, свет, который всё поглощал, и её шаги, теряющие твёрдость, как если бы её мир крушился. Вдруг дверь в её тёмную камеру открылась с грохотом. Лена резко обернулась и увидела перед собой фигуру. Это была стража — два человека в туниках, с оружием, но без излишней угрозы в движениях. Одно их лицо было скрыто, второе — скрывалось в тени. — Встать, рабыня, — сказал один из стражей. Его голос был грубым и сухим, но с какой-то безжизненной интонацией, будто говорили с камнем, а не с живым человеком. Лена замерла, не понимая, что происходит. Рабыня? Она встала, пытаясь справиться с растерянностью. — Кто я? Что со мной? — спросила она, но её голос прозвучал настолько чуждо, что ей показалось, что она не произнесла ни слова, а лишь думала. — Без имени и без прошлого, — ответил страж, подходя ближе. — Тебя отправляют на службу в дворец Нефертити. Там тебе решат, что с тобой делать. Лена почувствовала, как её сердце пропускает удар. Это было слишком… нереально. Но она не могла не верить тому, что происходило. Проклятие ли это? За что она оказалась в этом месте, в этом времени? И кто она в этом мире? Стражи подвели её к двери, заставив выйти в коридор. Свет в коридоре был тусклым, тусклее, чем тот свет, который она видела до этого, но всё-таки странно ярким для ночи. Тени двигались по стенам, как будто сама структура дворца переживала. Именно здесь Лена ощутила всё в полной мере — время не просто тянуло за собой, оно было живым, тяжёлым, ускользающим. В этом коридоре не было внятных звуков, только тяжёлое эхо её шагов, от которых возникал страх. Она пыталась сосредоточиться на том, что говорили стражи, чтобы понять хотя бы что-то. Они шли по коридорам, и Лена начала терять ориентацию. Элементы дворца, его величественная архитектура — высокие колонны, витки лестниц — казались одновременно близкими и недостижимыми. — Держись ровно, — сказал один из стражей, как если бы хотел напомнить Лене о её положении. — Ты здесь никто, не забудь об этом. Она поняла, что этот дворец был не просто зданием, а целым миром, где каждый человек, каждое слово, каждое движение имело значение. Но для неё всё это было безымянным, чуждым. Они наконец достигли большого зала, где стояла Нефертити, окружённая служанками и придворными. Лена сразу заметила, что атмосфера здесь была совершенно иной. Вокруг неё люди двигались, их разговоры звучали, но они были размытыми — каждый в своём мире, поглощённом какими-то невидимыми силами. И, несмотря на всю величественность этого места, Лена чувствовала, как её мелкие движения теряются в этом зале. Нефертити сидела на троне, но её поза была не просто царственной. Она была словно некое воплощение этого мира, а её взгляд был устремлён на Лену с тем же магическим пониманием, что и раньше. — Ты… рабыня, — сказала Нефертити мягким голосом, но так, чтобы это звучало как приказ. — Но не просто рабыня. Твоя судьба будет решена здесь. Ты живёшь в этом городе и должна понять, кто ты на самом деле. Но сначала ты должна подчиниться. Лена не могла ответить. Слова словно не приходили к ней. Всё, что она ощущала — это поглощающее ощущение малости в этом великом дворце, среди этих великих людей. — Ты будешь служить в самых нижних слоях дворца, — продолжила Нефертити, её голос теперь звучал отстранённо, но с едва уловимой мягкостью. — Для начала ты должна понять, как служить, как быть частью этого великого порядка. Ты рабыня, но ещё не понимаешь, что это значит. — Какое у меня имя? — вырвалось у Лены. Она не знала, почему, но её голос звучал как крик в пустоту. Почему она не могла найти своего имени в этом мире? Нефертити посмотрела на неё, как на нечто странное, из другого мира. — У тебя нет имени, рабыня, — ответила она с какой-то таинственной улыбкой, будто это было частью её где-то скрытой игры. — Ты не принадлежишь себе. И, возможно, ты никогда не узнаешь, кто ты на самом деле. Здесь, в этом мире, твоё имя не важно. Лена почувствовала, как её душа сжимается. Без имени? Она не могла поверить. И всё же, стоя перед Нефертити, в этом зале, среди этих людей, её существование оказалось столь неважным, что её имя действительно казалось несущественным. К ней подошёл другой человек — слуга, одетый в тунику дворцовой службы. — Пойдём, рабыня, я покажу тебе твоё место, — сказал он с холодным выражением. Его слова звучали как выговор, не дающий выбора. Лена двигалась за ним, ощущая, как её тело становится всё тяжелее, а её мысли путаются. Она шла по этому дворцу, где её не принимали, как своего, но и не отталкивали. Она была просто рабыней без имени, всего лишь частью этого мира, в котором она была поглощена. Но внутри неё не угасал тот же вопрос — что с ней происходит? Почему она оказалась в этом месте? — Ты должна служить, рабыня, — повторил слуга, как бы подводя её к какой-то точке. — Это всё, что тебе нужно знать. Здесь твоя роль не в поисках истины. Твоя роль здесь — быть частью. Ожидай наказания, если не будешь следовать правилам. Лена обернулась, оглядывая дворец в поисках хотя бы малейшего объяснения, но она не могла найти ничего. Этот мир был жизнью и смертью, и каждый шаг в нём был частью великого забвения. Служба началась. Но Лена знала, что её путь только начинался.