Глава 2. Сбой системы

Ева не спала. Не потому что не могла — потому что не имела права. Ночь превратилась в бесконечную цепочку звонков, таблиц, пересчётов и коротких фраз, от которых зависело слишком многое. Экран ноутбука светился холодным светом, отражаясь в стеклянной поверхности стола. 02:14 02:47 03:30 Каждое обновление отчёта было хуже предыдущего. Проект L-Bridge не просто “пошёл не так”. Он разваливался на глазах — быстро, системно, без шансов на аккуратное исправление. Ева сидела прямо, как будто это могло удержать цифры в порядке. — Скажи мне ещё раз, — её голос был ровным, почти тихим. — Где именно начался сбой? На экране видеосвязи инженер опустил взгляд. — Мы… потеряли синхронизацию с подрядчиком. Их сервер не подтвердил финальный модуль. Потом цепная ошибка пошла по всей системе. — Цепная ошибка не возникает из воздуха, — сказала Ева. Пауза. — Кто-то вмешался, — осторожно добавил он. Ева медленно откинулась на спинку стула. Эти слова она не любила больше всего. “Кто-то вмешался”. Это означало хаос с намерением. А хаос с намерением был хуже случайности. — Подтвердите, — сказала она. — Мы… не можем. Но совпадения слишком точные. Ева закрыла глаза на секунду. Всего одну. Когда она открыла их снова — внутри уже не было сомнений. Только расчёт. — Отзовите все внешние доступы. Заморозьте систему. Сейчас. — Уже делаем. Она отключилась и повернулась к второму экрану. Телефон зазвонил почти сразу. Имя на дисплее заставило её пальцы остановиться. Кирилл Арден Ева смотрела на экран так, будто он мог изменить выражение лица. Звонок продолжался. Она ответила. — Это совпадение? — спросила она без приветствия. На другом конце была тишина. Потом спокойный голос: — Доброе утро, Ева. — У нас нет “доброе”, — резко сказала она. — L-Bridge падает. — Я знаю. Эти два слова прозвучали слишком спокойно. Слишком уверенно. — И ты решил позвонить именно сейчас? — её голос стал холоднее. — Или это тоже часть твоей “стратегии”? Лёгкий выдох на другом конце. — Ты уже думаешь, что это я. — А разве нет причин думать иначе? Пауза. — Причины всегда есть, — сказал Кирилл. — Вопрос в доказательствах. Ева сжала пальцы на телефоне. — Ты обещал стабилизировать проект, а не уничтожить его. — Я обещал результат, — спокойно ответил он. — А не гарантию, что тебе будет комфортно. Её взгляд скользнул по экрану с падающими показателями. Минус тринадцать процентов. Потом минус семнадцать. Слишком быстро. Слишком идеально для ошибки. — Где ты сейчас? — спросила она. — В дороге. — Куда? — В место, где принимают решения. Ева резко встала. — Ты не имеешь права вмешиваться в систему без моего согласия. — Я не вмешивался, — сказал он. — Я просто убрал лишние переменные. — Лишние переменные? — её голос сорвался на опасную грань. — Это мой проект. — Был, — поправил он мягко. Тишина между ними стала плотной. Ева закрыла глаза на секунду, пытаясь вернуть себе контроль. Таблицы, планы, логика — всё то, что всегда работало. Но сейчас ничего не работало. — Если это твоя игра, — сказала она медленно, — ты ошибся партнёром. — Я выбрал тебя не случайно, Ева. Эти слова зацепили что-то глубже злости. Она замолчала. — Объясни, — наконец сказала она. — Не сейчас, — ответил он. — Сейчас тебе нужно решить другое. — Что именно? — Ты либо выходишь из проекта официально, либо берёшь на себя его последствия. Ева почувствовала, как внутри поднимается холод. — Ты ставишь меня перед выбором. — Я даю тебе реальность. Она резко выдохнула. — Это шантаж. — Это рынок. Секунда тишины. Где-то за окном начинало светать, но в её комнате это ничего не меняло. Ева посмотрела на экран отчёта. Падение ускорилось. Теперь уже не проценты — это был обвал. — Сколько у меня времени? — спросила она тише. — До полного краха? — уточнил Кирилл. — Да. Пауза. — Меньше трёх часов. Она закрыла глаза. Три часа. В её системе не было строки для “три часа до катастрофы”. — Ты мог это предотвратить, — сказала она тихо. — И предотвратил бы, — спокойно ответил он. — Если бы ты согласилась раньше. Ева резко открыла глаза. — На фиктивный брак? — На сотрудничество. Она рассмеялась — коротко, без воздуха. — Ты действительно считаешь, что я выберу это вместо своего проекта? — Я считаю, — сказал Кирилл, — что ты не любишь проигрывать. Тишина. Он попал точно. Ева медленно опустилась обратно в кресло. — Если я скажу “нет”? — Тогда ты впервые увидишь, как выглядит потеря контроля в реальном времени. Она закрыла глаза. Цифры на экране продолжали падать. И впервые в жизни её идеальный план перестал быть планом. Он стал воспоминанием. — Дай мне час, — сказала она. — У тебя его нет. — Дай. Пауза. Очень короткая. — Хорошо, — сказал Кирилл. — Один час. И связь оборвалась. Ева осталась одна в комнате, где даже воздух казался просчитанным заранее. Но теперь расчёты больше ничего не значили. Только выбор.