Глава 4. Знакомство с правилами
Комната сцены была меньше, чем Артём помнил.
Или, возможно, дело было не в размере.
Просто здесь всё казалось более… настоящим.
Тёмные стены. Мягкий приглушённый свет. Низкий стол у стены. Несколько аккуратно разложенных предметов — не выставленных напоказ, а просто лежащих, как инструменты.
Ничего театрального.
Ничего лишнего.
Виктория вошла первой.
Артём остановился у двери.
— Я думал, тут будет драматичнее.
Она повернулась к нему.
— Люди, которым нужен театр, играют в другой части клуба.
— А здесь?
— Здесь люди договариваются.
Он медленно закрыл дверь.
Щелчок замка прозвучал неожиданно громко.
Артём скрестил руки.
— Итак?
— Итак что?
— Ты привела меня сюда.
Она спокойно подошла к столу и опёрлась на него рукой.
— Мы поговорим о правилах.
Он усмехнулся.
— Серьёзно?
— Да.
— Я думал, ты просто начнёшь командовать.
— Только плохие доминанты так делают.
Он поднял бровь.
— Интересно.
Она посмотрела на него внимательно.
— Ты ведь знаешь это.
— Конечно знаю.
— Тогда зачем проверяешь?
— Привычка.
Она слегка кивнула.
— Хорошо.
Пауза повисла между ними.
Виктория сказала спокойно:
— Первое правило.
Артём тихо вздохнул.
— Уже началось.
— Да.
— Ладно. Давай.
Она посмотрела ему прямо в глаза.
— Никакой лжи.
— Ого.
— Если ты не хочешь — говоришь «нет».
— Это легко.
— Если что-то становится слишком — говоришь стоп-слово.
Он усмехнулся.
— У меня было.
— Какое?
— «Красный».
Она кивнула.
— Банально, но эффективно.
— Работало.
Она немного помолчала.
— Второе правило.
— Уже лучше.
— Контроль — это ответственность.
Он прищурился.
— Ты объясняешь это мне?
— Я объясняю это нам.
Он скрестил руки.
— Продолжай.
— Если ты подчиняешься — это выбор.
— Если.
— Если.
Она слегка наклонилась вперёд.
— И в любой момент ты можешь его отменить.
Артём тихо сказал:
— Ты очень правильная доминантка.
— Я просто дисциплинированная.
— И холодная.
— Это помогает.
Он посмотрел на неё внимательно.
— Ты правда ничего не чувствуешь?
Она ответила спокойно:
— Это не имеет отношения к правилам.
— Но имеет отношение к людям.
— Люди усложняют структуру.
Он тихо рассмеялся.
— Ты говоришь как инженер.
— Я говорю как человек, который видел, чем заканчивается хаос.
Пауза.
Артём сказал:
— Хорошо.
— Хорошо?
— Теперь моя очередь.
Она слегка склонила голову.
— Говори.
— Первое правило.
— Уже интересно.
— Никаких иллюзий.
Она не моргнула.
— Конкретнее.
— Никаких разговоров о «особой связи».
— Согласна.
— Никаких намёков на чувства.
— Логично.
— И никаких игр в психологию.
Она тихо усмехнулась.
— Последнее будет сложно.
— Почему?
— Потому что ты уже анализируешь меня.
Он пожал плечами.
— Работа мозга.
Она спокойно сказала:
— Хорошо.
— Хорошо?
— Я принимаю.
Он чуть удивился.
— Так просто?
— Это соответствует моей теории.
— Какой?
Она посмотрела на него внимательно.
— Что между доминанткой и сабмиссивом нет любви.
Он наклонился ближе.
— И ты хочешь доказать это на мне.
— Да.
— Почему именно я?
Она ответила спокойно:
— Потому что ты уже не веришь.
Артём некоторое время молчал.
Потом сказал:
— А если ты ошибаешься?
Она слегка улыбнулась.
— Тогда эксперимент станет интереснее.
Он оглянулся на комнату.
— И что дальше?
— Дальше?
Она подошла ближе.
Не торопясь.
— Мы проверим границы.
— Каким образом?
Она остановилась прямо перед ним.
Очень близко.
— Очень просто.
Он почувствовал её взгляд.
Спокойный.
Точный.
— Ты всё ещё уверен, что не сабмиссив? — тихо спросила она.
Он выдержал паузу.
— Абсолютно.
Она слегка наклонилась.
И произнесла почти шёпотом:
— Тогда докажи.
Артём усмехнулся.
— Как?
Виктория выпрямилась.
И сказала спокойно:
— Встань на колени.
Тишина в комнате стала густой.
Артём смотрел на неё.
Секунда.
Две.
Три.
Он медленно покачал головой.
— Нет.
Виктория не выглядела разочарованной.
Наоборот.
Она чуть улыбнулась.
— Хорошо.
— Хорошо?
— Значит, мы начнём с сопротивления.
Он прищурился.
— Это тебя радует?
— Очень.
— Почему?
Она посмотрела ему прямо в глаза.
И сказала тихо:
— Потому что сопротивление делает подчинение намного интереснее.
Артём тихо усмехнулся.
— Плохая стратегия.
— Почему?
— Я могу не сломаться.
Она ответила спокойно:
— Я не ломаю людей.
— Нет?
— Нет.
Пауза.
— Я создаю условия, в которых они сами выбирают подчиниться.
Он смотрел на неё несколько секунд.
Потом сказал:
— Знаешь, что самое опасное в твоей теории?
— Что?
Артём чуть наклонился вперёд.
— Ты действительно в неё веришь.
Виктория улыбнулась.
Очень спокойно.
— Именно поэтому она работает.
И только потом добавила:
— Но ты всё равно ещё не понял одну вещь.
— Какую?
Она тихо сказала:
— Эксперимент начался в тот момент, когда ты снова открыл дверь клуба.