Глава 4. Впечатление о работе

День в реанимации тянулся медленно. Оля уже несколько часов лежала, глядя то в потолок, то в окно, то на монитор, который равномерно отсчитывал удары её сердца. Пик… пик… пик… Иногда заходили медсёстры. Проверяли давление, меняли капельницу, задавали короткие вопросы. — Боль сильная? — Терпимая. — Головокружение есть? — Немного. Но больше всего она ждала одного человека. Романа. Однако он так и не появлялся. К обеду Оля начала раздражаться. — Он же говорил, что зайдёт… — пробормотала она себе под нос. В этот момент дверь приоткрылась, и в палату заглянула молодая медсестра. — Как настроение? — Скука смертная, — честно ответила Оля. Медсестра улыбнулась. — Это хороший признак. Значит, идёте на поправку. Оля вздохнула. — А где ваш… — она запнулась — …доктор? — Роман Сергеевич? — Да. Медсестра закатила глаза. — Он в операционной. — Всё ещё? — Уже третья операция за сегодня. Оля удивлённо приподняла брови. — Серьёзно? — У нас тяжёлое дежурство. Она на секунду задумалась. — Можно… посмотреть? — Куда? — Ну… не прямо в операционную. Медсестра рассмеялась. — Конечно нет. — Тогда хотя бы из коридора. — Зачем? Оля пожала плечами. — Любопытно. Медсестра подумала несколько секунд. — Ладно. Но только ненадолго. Через несколько минут Олю аккуратно пересадили в кресло-каталку. — Если станет плохо — сразу говорите, — предупредила медсестра. — Договорились. Они выехали из палаты. Коридор реанимации оказался длинным и тихим. Белые стены, запах антисептика, редкие шаги врачей. — Вот здесь, — сказала медсестра, остановившись возле стеклянной двери. За стеклом была операционная. Оля наклонилась чуть вперёд. И увидела его. Роман стоял у операционного стола. На нём была зелёная хирургическая форма, маска закрывала половину лица, но глаза она узнала сразу. Он был полностью сосредоточен. Рядом работали ещё два врача. Мониторы мигали. — Давление падает! — сказал один из хирургов. — Сколько? — быстро спросил Роман. — Семьдесят. Роман уже проверял оборудование. — Увеличьте подачу. Быстро. Его голос был спокойным, но в нём чувствовалась стальная уверенность. — Адреналин готов? — спросил он. — Да. — Вводите. Оля смотрела, не отрываясь. Внутри всё вдруг сжалось. Она никогда не видела, как работают врачи в такой ситуации. Это было похоже на напряжённый танец. Каждый знал своё место. Каждое движение было точным. — Сердечный ритм нестабильный, — сказал хирург. Роман наклонился ближе к пациенту. — Мы его не потеряем, — спокойно сказал он. Оля почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Она слышала эти слова. В ту ночь. — Давление медленно растёт, — сказала медсестра. — Хорошо, держим. Несколько секунд в операционной стояла напряжённая тишина. Потом монитор издал более ровный сигнал. Пик… пик… пик… — Есть стабилизация, — сказал хирург. Роман чуть выпрямился. — Отлично. Продолжаем. Оля выдохнула, только сейчас понимая, что всё это время почти не дышала. — Ничего себе… — тихо прошептала она. Медсестра рядом улыбнулась. — Он один из лучших. — Это видно. — Пациенты после его смен редко жалуются. — Потому что живы? — спросила Оля. Медсестра тихо засмеялась. — Именно. В этот момент Роман поднял взгляд. И неожиданно увидел её. Даже через стекло он узнал её сразу. Его глаза чуть сузились. Оля неловко подняла руку и помахала. Медсестра тихо сказала: — Кажется, вас заметили. — Ой… Роман несколько секунд смотрел на неё. Потом снова вернулся к работе. Но Оля успела заметить одну деталь. Он слегка покачал головой. Как будто говорил без слов: «Что вы здесь делаете?» Оля тихо хихикнула. — Он сейчас будет ругаться, да? — Очень возможно, — сказала медсестра. — Тогда поехали обратно. — С удовольствием. Через несколько минут её снова привезли в палату. Оля легла на подушку. Сердце всё ещё билось быстрее обычного. Она смотрела в потолок. Перед глазами снова возник образ Романа у операционного стола. Сосредоточенный. Спокойный. Сильный. — Теперь понятно… — тихо сказала она. Дверь палаты резко открылась. На пороге стоял Роман. Он всё ещё был в хирургической форме, только маски уже не было. — Ольга. Его голос звучал спокойно. Но взгляд был строгим. — Почему вы в коридоре? Оля невинно улыбнулась. — Экскурсия. Он скрестил руки. — Реанимация — не туристическое место. — Я аккуратно. — У вас перелом рёбер. — Я сидела. Роман подошёл ближе. — Вам нужно лежать. — Я уже лежу. Он посмотрел на монитор. Потом снова на неё. — Давление немного поднялось. — Это от впечатлений. — От каких? Оля посмотрела на него с лёгкой улыбкой. — Я видела, как вы спасаете людей. Он ничего не ответил. Она тихо добавила: — Теперь я понимаю, почему вы такой уверенный. Роман вздохнул. — Вам нельзя так напрягаться. — Я не напрягалась. Она на секунду помолчала. Потом тихо сказала: — Но я испугалась. Он внимательно посмотрел на неё. — Почему? — Когда сказали, что давление падает… я подумала… Она не договорила. Роман спокойно сказал: — Мы справились. — Да. Оля улыбнулась. — Вы всегда справляетесь? Он ответил не сразу. — Мы стараемся. Она смотрела на него несколько секунд. — Роман… — Да? — А если однажды не получится? Он слегка опустил взгляд. — Тогда это самая тяжёлая часть работы. В палате снова стало тихо. Оля вдруг почувствовала странное беспокойство. Будто за спокойствием этого человека скрывалось что-то гораздо более тяжёлое. И почему-то ей стало страшно. Не за себя. За него.